7 февраля 2023 г.
БУРДЖУ ЧАЛЫК — Из одноэтажного дома-развалюхи в стамбульском районе Бейкоз доносятся звуки пианино, складывающиеся в мелодии, которые не посрамили бы и пальцы мастера. Юнус Язар (19), страдающий аутизмом и обладающий тем же музыкальным слухом, что и всемирно известный композитор Моцарт, ждёт — вопреки своему состоянию и годам, проведённым в нищете, — того дня, когда двери консерватории откроются и для него, с пианино, подаренным ему благотворителем.
Один из детей-близнецов семьи Язар, которая с трудом сводит концы с концами в одноэтажном доме-развалюхе в Бейкозе, Юнус не произнёс ни единого слова до 3 лет и впервые начал общаться с окружающими с помощью букв, которые его мать делала из шерсти для вязания, и разрывая газеты. К 4 годам, в отличие от сверстников, Юнус уже давно умел читать и писать.
После длительных периодов пребывания в больнице Юнусу в возрасте 7 лет поставили диагноз «синдром Аспергера» — одно из расстройств аутистического спектра. На протяжении всего обучения он получал образование как инклюзивный учащийся, а некоторое время был зависим от антидепрессантов.
Тот же музыкальный дар, что и у Моцарта
Жизнь Юнуса пошла совершенно по-другому пути, когда его обнаружил учитель музыки в неполной средней школе. Его учитель установил, что Юнус — которого многие вокруг исключали из круга общения, считая «умственно отсталым», — обладает исключительным музыкальным даром, известным как «абсолютный слух»: способностью записывать любой звук сразу нотой, без необходимости в эталоне, — даром, который встречается у таких артистов, как Моцарт, Бетховен и Шопен.
При поддержке своего учителя Юнус смог поступить в художественную школу на полную стипендию и окончил её в прошлом году, но, поскольку он не смог преодолеть порог в «100 баллов» на университетском экзамене, он не смог сдать вступительные экзамены в консерватории.
Держась за жизнь благодаря пианино, подаренному ему благотворителем, и мечтая о том дне, когда он поступит в консерваторию, Юнус также старается поддерживать свою мать, у которой частичный паралич ноги и которая борется с раком.
«Я играю на пианино по 7–8 часов в день»
Юнус Язар и его семья рассказали корреспонденту агентства «Анадолу» о своей жизни в своём доме в Бейкозе.
Юнус, у которого нет друзей и который проводит большую часть дня дома, сказал: «Я играю на пианино по 7–8 часов в день. В прошлом году я окончил художественную школу. Я хочу поступить в университет. Я бы предпочёл учиться в консерватории. Моя мечта — стать музыкантом, пианистом. Я дважды сдавал университетский экзамен: один раз в прошлом году и один раз в этом. Я набрал низкий балл. Требование порогового балла следует отменить; я бы предпочёл поступать через вступительный экзамен по способностям».
Объясняя, что он просыпается в четыре утра каждый день, чтобы дать матери лекарства, и старается помогать ей по хозяйству, Юнус описал свою любовь к пианино такими словами: «Для меня это как есть и пить воду».
Отмечая, что в неполной средней школе его исключали друзья, но в старшей школе он прекрасно ладил со всеми своими друзьями, Юнус сказал: «Мой учитель музыки в неполной средней школе обнаружил меня и взял в хор. Он сказал, что у меня «абсолютный слух», и подготовил меня к поступлению в художественную школу. Я хочу, чтобы талантливая молодёжь в моей ситуации могла поступать в университет, и хочу, чтобы пороговый балл на Экзамене перехода к высшему образованию (YGS) был отменён».
«Он рвал газеты, чтобы делать буквы»
Его мать, Айлин Язар (47), домохозяйка, сказала, что уже около 7 лет борется с раком щитовидной железы и что частичный паралич в её ноге развился после несчастного случая.
Отметив, что помимо близнецов Юнуса и Эмре у них есть 12-летний сын, Язар описала детство своего сына такими словами: «Юнус поздно заговорил; он самостоятельно научился читать и писать. Он начал писать буквы, а затем читать, соединяя буквы вместе, но просто не хотел говорить. Он был очень замкнутым. Он уходил в свой собственный угол и постоянно там писал. Каждый день он хотел, чтобы я покупала газету; он разрезал их и писал. Он рвал газеты, чтобы делать буквы».
Говоря, что сын очень помогает ей по дому, Язар сказала: «Я не могу вставать; он даёт мне лекарства. Мой сын делает то, что не могу делать я. Да будет им доволен Бог, он — мои руки и ноги».
Язар отметила, что они впервые повели Юнуса к врачу, думая, что он болен, и что вся их жизнь изменилась после последовавшего диагноза «аутизм». Сказав, что Юнус был счастливее всего в художественной школе, где он мог полностью погрузиться в музыку, Язар сказала: «Мы хотим, чтобы пороговое требование на экзамене YGS было отменено и чтобы таким детям помогали».
«Отменить пороговый балл»
Его отец, Сейфеттин Язар (47), государственный служащий, также подчеркнул, что новая страница в жизни его сына открылась, когда учитель музыки выявил «абсолютный слух» Юнуса в неполной средней школе.
Отмечая, что они стремятся к тому, чтобы Юнус смог поступить в университет, Сейфеттин Язар сказал: «Юнус пытается поступить в университет, но из-за его состояния это не получается. Его математическая сторона слаба. Именно поэтому он не может преодолеть порог YGS. А значит, он не может сдать и вступительный экзамен по способностям. Это барьер, с которым мы сталкиваемся. Наша просьба в связи с этим — чтобы пороговый балл YGS был отменён для таких детей. Мы рассчитываем на поддержку государственных чиновников, чтобы таких детей могли принимать напрямую через вступительные экзамены по способностям».
Объясняя, что Юнус способен воспринимать любой звук в природе в виде нот, Язар сказал: «Когда ударяешь по стакану или тарелке, Юнус сразу может назвать ноту получившегося звука. Вот какой это слух. Такой слух встречается и у выдающихся фигур классической музыки. Такие артисты, как Моцарт и Бах, также обладали абсолютным слухом. Но одного этого дара недостаточно. Его нужно развивать и продолжать. И мы стараемся продолжать это настолько, насколько можем».
«Что будет, если меня не станет?»
Язар сказал, что после того как Юнусу поставили диагноз «аутизм», он стал лучше понимать семьи детей с инвалидностью, и добавил:
«Есть зависимость. Я должен всегда быть рядом со своим ребёнком. У них нет обычной социальной жизни, как у других детей. Они не могут куда-то пойти и вернуться. Я постоянно думаю об этом. Как долго, как я справлюсь, что будет, если меня не станет? Человек неизбежно думает об этом.
Когда был поставлен диагноз «синдром Аспергера», я смог лучше понять семьи с ребёнком в положении моего сына. Таких детей нужно раскрывать — у них могут быть и другие, разные таланты, — и эти таланты нужно развивать. Потому что я верю, что вырастут очень ценные люди. Я считаю правильным, чтобы государство прилагало более отчётливые, особые усилия в этом вопросе».
«Мне доставляет огромное удовольствие слушать сына»
Подчёркивая, что они сталкиваются с финансовыми трудностями и не смогли сделать ничего «особенного» для своего ребёнка с особым состоянием, Язар сказал: «У нас нет никаких занятий, которые позволили бы ему оказаться в более социальной среде. Мне приходится постоянно работать. У моей жены тоже проблемы со здоровьем. В финансовом плане мы не можем быть очень продуктивными для нашего ребёнка.
Объясняя, что игра Юнуса на пианино делает его очень счастливым, Язар сказал, что получает огромное удовольствие, слушая сына. Язар отметил, что с тех пор как Юнус обратился к музыке, его тревожное поведение уменьшилось и он стал лучше выражать себя.